С осени 2026 года правила работы с внешним персоналом для российского бизнеса кардинально меняются — работодателю придется строго контролировать фактическое взаимодействие с каждым исполнителем. Алексей Агибалов, коммерческий директор платформы подработки «Моя смена», объясняет, какие риски возникают у компаний-заказчиков и как их избежать.
В сентябре-октябре 2026 года организации, которые активно привлекают внешний персонал, — ритейлеры, производственные и логистические компании, предприятия сферы услуг и другие — начнут работать по-новому. Правила игры на рынке временного персонала задают три инициативы.
● Закон о платформенной экономике
Первое важное изменение вступает в силу 1 октября 2026 года. Федеральный закон от 31.07.2025 № 289-ФЗ «Об отдельных вопросах регулирования платформенной экономики в Российской Федерации» устанавливает правила взаимодействия между операторами цифровых платформ, заказчиками и исполнителями. До этого рынок жил по своим правилам, все было отдано на откуп договору между площадками и их клиентами. Новый закон должен убрать эту неопределенность и для бизнеса, и для надзорных органов.
Кроме того, формируется реестр посреднических цифровых платформ. Для заказчика это означает более прозрачную модель работы. Платформы, включенные в реестр, должны соблюдать установленные требования, в том числе контролировать систематичность и продолжительность работы исполнителей. Работа через такие платформы упрощает соблюдение новых требований.
● Лимит часов для самозанятых
С 1 октября 2026 года начинает действовать критерий систематичности и продолжительности выполнения работ и оказания услуг, установленный постановлением Правительства РФ от 19 июня 2026 года № 760. Он применяется к работе через посреднические цифровые платформы в 14 сферах деятельности, включая торговлю, строительство, складское хозяйство, производство пищевых продуктов, общепит, образование, ИТ, подбор персонала и другие.
Ограничение касается именно длительного сотрудничества — если исполнитель работает на заказчика более 60 часов в каждом месяце на протяжении шести месяцев подряд. Учет ведется отдельно по каждому месяцу: если хотя бы в одном месяце объем составил 60 часов или меньше, шестимесячная последовательность превышения прерывается.
● Эксперимент ФНС по «обелению» рынка
Еще одна инициатива исходит от ФНС. С 1 сентября 2026 года ведомство проводит годовой эксперимент по «обелению» рынка предоставления персонала (приказ ФНС России от 18 июня 2026 года № ЕД-1-22/404@). На первом этапе в нем участвуют 34 крупнейшие компании розничной торговли и электронной коммерции. Участие добровольное, однако эксперимент показывает, в какую сторону может развиваться регулирование отрасли.
В рамках проекта заказчик получает от партнера, предоставляющего персонал, сведения об исполнителях, оказанных услугах и рассчитанных налоговых обязательствах. Затем он удерживает соответствующие суммы из вознаграждения партнера и перечисляет их в бюджетную систему — на ЕНС партнера либо в счет уплаты НПД самозанятых. Размер перечисления зависит от вида обязательства: 50% рассчитанной суммы НДФЛ, 75% НДС и страховых взносов, а для ИП на УСН и самозанятых на НПД — 100% соответствующего налога. При этом партнер сохраняет обязанность самостоятельно исчислять и декларировать налоги, а также уплачивать оставшуюся часть обязательств, если она предусмотрена правилами эксперимента.
После этого ФНС мониторит налоговые риски партнеров. Если выявлены признаки нарушений, налоговый орган направляет заказчику уведомление. В течение 10 рабочих дней заказчик должен принять меры, направленные на устранение выявленных обстоятельств, а затем сообщить ФНС о результатах. Если партнер не устранил риски, а заказчик продолжает сотрудничество, претензии могут быть предъявлены уже заказчику.
Главные риски для бизнеса
Все эти изменения складываются для работодателя в одну задачу — жестко контролировать фактическое взаимодействие с каждым исполнителем. Наиболее безопасны два способа работы с самозанятыми. Первый — привлекать исполнителя «на короткое плечо» (в рамках 60 часов в месяц у одного заказчика). Второй — работать через цифровую платформу, допущенную к эксперименту ФНС. Третий путь — классический аутстаффинг через агентство, когда заказчик не видит полной картины по исполнителю, оказывается наиболее рискованным. Плюс к этому новые требования по учету и раскрытию данных могут увеличить стоимость классического аутсорсинга на 30-40%.
Наиболее серьезный риск — переквалификация отношений с самозанятыми и платформенными исполнителями в трудовые, со всеми последствиями в виде доначислений НДФЛ и страховых взносов и штрафов.
Представим условного самозанятого Ивана Иванова, который работает в конкретном магазине. Директору он нравится, поэтому его зовут снова и снова. Раньше такая модель могла существовать месяцами. Один человек закрывал постоянную потребность бизнеса, оставаясь внешним исполнителем. Теперь у регулятора появляются основания внимательнее оценивать характер этих отношений. Есть риск их переквалификации в трудовые. А гибкая модель предназначена прежде всего для нерегулярных задач.
Но даже если компания намерена строго соблюдать лимит, появляется другая проблема. Допустим, Иван Иванов отработал 60 часов через одну платформу. Система зафиксирует достижение порога и не допустит дальнейшего взаимодействия. На следующий день тот же Иван Иванов может выйти в другой магазин сети через другую платформу. Для второго поставщика он новый исполнитель, а для заказчика — тот же человек с тем же ИНН и уже выбранным лимитом. При этом платформа «свои» 60 часов проконтролировала. Но регулятор смотрит не на интерфейс, через который Иван Иванов нашел смену, а на фактическое взаимодействие исполнителя с юрлицом. А значит, ответственность за суммирование часов по всем каналам, через которые человек попадает в компанию, ложится на самого заказчика.
Важно также, что лимит относится к юридическому лицу, а не к отдельной торговой точке. Поэтому ротация одного исполнителя между магазинами сети проблему не решает: если точки принадлежат одному юрлицу, часы учитываются в рамках взаимодействия с ним. Попытку распределить исполнителя между связанными компаниями тоже не стоит рассматривать как надежный способ обойти ограничения — признаки искусственного дробления вызовут вопросы у ФНС.
Как работодателю снизить риски
- Провести аудит действующей модели работы с внешним персоналом. Нужно понять, через какие каналы приходят исполнители, какие данные получает заказчик и можно ли по каждому человеку восстановить полную историю выходов. Отдельно стоит проверить долгосрочные отношения с самозанятыми и определить, где сотрудничество уже становится регулярным.
- Проверить подрядчиков и договоры с ними. Бизнесу важно заранее понять, какие данные поставщик способен передавать по каждому исполнителю, насколько они полны и кто отвечает за ошибки. В договорах имеет смысл закрепить обязанность предоставлять сведения об исполнителях, их статусе, сменах и фактически отработанном времени, а также порядок действий в случае недостоверных данных.
- Создать единый реестр внешних исполнителей, в котором идентификатором станет сам человек (например по ИНН). Если Иван Иванов приходит через три источника, система должна распознавать его как одного и того же исполнителя и учитывать все смены в рамках юрлица.
- Автоматизировать контроль. Для крупной сети вручную отслеживать сотни или тысячи исполнителей сложно. Чтобы не пропустить момент, когда лимит будет превышен, стоит использовать систему, которая автоматически учитывает фактически отработанное время каждого исполнителя (вне зависимости от того, с какой платформы или через какого подрядчика он пришел). Такие решения уже есть на рынке. Например, «Биржа смен» объединяет данные цифровых платформ и аутсорсинговых агентств, фиксирует фактическое время, контролирует лимиты и не допускает назначения новой смены, если исполнитель приблизился к порогу. Причем единый контур может учитывать не только часы, но и статус исполнителя, источник привлечения, фактически отработанные смены и связанные с ними налоговые обязательства. По сути, речь идет о модели «одно окно — все источники персонала».
- Следить за развитием эксперимента и разъяснениями регуляторов. Ряд вопросов в нововведениях пока открыт. Например, остается дискуссионным вопрос о «периоде охлаждения». Сколько времени должно пройти, прежде чем сотрудничество с тем же исполнителем можно возобновить? Отдельный вопрос — что делать, если сведения, предоставленные подрядчиком об исполнителе, окажутся недостоверными? Пока непонятно, кто в этом случае попадет под проверку — сам подрядчик или заказчик, который на основании этих данных рассчитал и уплатил налоги. Поэтому бизнесу важно заранее готовиться к возможности корректировать работу с персоналом по мере появления разъяснений.
Предстоящие изменения, на мой взгляд, положительно повлияют на отрасль. С одной стороны, будут созданы прозрачные правила игры и понятные условия ценообразования для всех игроков, с другой — усилится цифровизация отрасли в целом. В совокупности это может придать мощный буст рынку самозанятых в самое ближайшее время.
